Здесь можно поделиться...

Посвящается 100-летию со дня рождения С.А. Сбитнева, выдающегося педагога, ученого, Заслуженного работника культуры РСФСР, основателя факультета информационных и библиотечных технологий и кафедры технологии автоматизированной обработки информации Кемеровского государственного института культуры.

18 января 2018 г.

На заре информатизации

В.М. Мотылев, доктор пед. наук, профессор (Санкт-Петербург)


В жизни творческого человека последовательно проходят подъем, расцвет, бурная активность, спокойное развитие и постепенное угасание. Иногда эти этапы сменяют друг друга очень быстро. Я видел многих аспирантов, после защиты диссертаций не написавших ни одной статьи, доцентов, после выхода на пенсию переставших даже просматривать специальную литературу. Вот и я уже осваиваю новый жанр - мемуарный.
А Стас Андреевич Сбитнев и в восемьдесят лет не снизошел до этого, хотя и писать умел и жизнь прожил замечательную. Он до А Стас Андреевич Сбитнев и в восемьдесят лет не снизошел до этого, хотя и писать умел и жизнь прожил замечательную. Он до конца оставался творцом и созидателем. В последние годы мы общались по телефону. Я поздравлял его с праздниками, он звонил «по делу». Но приняв поздравления и ответив на один-два вопроса о семье, он переходил к институтским новостям, методичкам и пособиям, очередным планам.


А свои планы и проекты Стас Андреевич всегда реализовывал. Мы познакомились более 35 лет назад, в далеком шестьдесят седьмом. В стране шла очередная реорганизация, Брежнев сменил Хрущева, министерства - советы народного хозяйства. Исчезали одни экономические планы и связи, намечались новые. И в этом хаосе зарождалась государственная система научно-технической информации и отечественная информатика. Рядом с библиотеками вырастали информационные службы. Возникшие во времена хрущевской «оттепели» патентные и переводческие бюро предприятий набирали силу. В министерствах организовывали отраслевые информационные институты. Последние региональные островки совнархозов - центральные бюро научно-технической информации - вместо ликвидации обрели централизованное руководство, стали одним из основных звеньев информационной системы, долгое время - вплоть до «перестройки» - интенсивно развивались.
В одном из этих центров - Кемеровском - и возникла легендарная фигура Сбитнева. Стас Андреевич влился в систему, органично занял свое место и своим творчеством развивал информационную практику и информационную науку. В наше время в любой отрасли деятельности или знаний есть творцы и исполнители. Стас Андреевич был среди творцов и во многих вопросах был первым среди равных.
Мы познакомились и подружились на одном то ли семинаре, то ли конференции по обмену передовым опытом информационной работы - тогда их проводилось очень много, - и с тех пор кипучая деятельность Сбитнева была постоянно перед моими глазами. Тем более, что наши интересы, должности, пути в жизни были во многом схожи. И он и я руководили справочно-информационными отделами: он у себя в Кемеровском, а я в Ленинградском центре научно- технической информации. Затем оба организовали и возглавили отделы автоматизации. Потом Стас Андреевич ушел на преподавательскую работу в институт культуры. Я удивился столь резкой смене деятельности, но через пару лет, исчерпав возможности творческого роста, тоже оказался в Ленинградском институте культуры. Стас Андреевич создал в своем институте кафедру технологии автоматизированной обработки и руководил ею долгие годы, перейдя на профессорскую должность лишь в связи с ухудшением здоровья. На аналогичной кафедре (сейчас в Петербургском университете культуры и искусств она называется кафедрой информатики) я работал доцентом, а последние пятнадцать лет - заведующим.
Эта параллельность жизненных путей, общность интересов, духовная симпатия сблизили нас, несмотря на разницу в возрасте и территориальную удаленность. К моменту нашего знакомства Стас Андреевич был зрелым человеком, прошедшим войну и тяжелые послевоенные годы, но его жизнелюбие, неугомонный нрав, тяга к новому поражали. Он постоянно творил, генерировал и щедро раздавал идеи, организовывал и претворял в жизнь интереснейшие свои проекты, иногда с первого взгляда совершенно невозможные в условиях партийно-бюрократического управления. Одна только эпопея с системой «Квантор» могла бы занять, а возможно, и займет достойное место в истории информатики. В семидесятые годы, когда теория информационного поиска уже была достаточно разработана, а практическая автоматизация этого процесса базировалась на универсальных ЭЦВМ, под идейным и организационным руководством Сбитнева была создана система, во многом предвосхитившая современные автоматизированные системы на базе персональных компьютеров.
В это время автоматизация статистического учета в государственном масштабе осуществлялась с помощью электронных сортировок, которые раскладывали с огромной по тем временам производительностью несколько сот карт в минуту в соответствии с отперфорированными на них отверстиями в десяток приемных карманов. В Томском институте радиоэлектроники и электронной техники разработали электронный блок управления этой сортировкой, позволявший считывать перфоотверстия как слова, закодированные в двоичном коде, и производить над ними операции формальной логики. Кемеровчане разработали дескрипторные словари для 12 отраслей техники, кодировали ключевые слова рефератов и подготавливали макеты, несколько территориальных ЦНТИ тиражировали перфокарты и рассылали остальным.
И сама система в целом, и информационно-поисковая машина получили название «Квантор». В работе участвовали десятки организаций, сотни разработчиков и исполнителей.
Конечно, сейчас при наличии глобальной мировой сети, обеспечивающей доступ к миллионам документов бесчисленного множества баз данных, трудно оценить сложность создания в Российской Федерации тридцать лет назад прообраза этой сети, как трудно владельцам мобильных телефонов представить сложность телефонизации городов, проходившей в пятидесятых годах. Тогда это был прорыв в будущее. А идейным вдохновителем и организатором этого фантастического проекта был Стас Андреевич. Он не только собрал единомышленников и возглавил их работу, но и убедил московское начальство запланировать и финансировать работу для всех региональных центров, уговорил Томский институт и, наверное, министерство высшего образования начать выпуск специалистов для обслуживания техники, проводить государственное распределение выпускников на работу Пятикурсники в ходе дипломного проектирования собирали «Кванторы» и с ними после защиты разъезжались по областям России. А еще нужно было, чтобы им предоставили жилье и чтобы их зарплата не уступала той, которую их сокурсники получали в промышленности. И еще колоссальное число больших и малых проблем. В Госплане надо было решить вопрос о ежегодном выделении нескольких миллионов перфокарт, в Горлите - об издании дескрипторных словарей. Надо было наладить обучение пользователей.
При этом у Сбитнева не было никаких административных рычагов управления. Он был начальником отдела одного из семидесяти областных ЦНТИ, а его должность главного конструктора системы не давала ничего кроме обязанностей. Он мотался по стране, уговаривал, требовал, убеждал. И работа шла, благодаря его настойчивости, умению вести за собой. Обаяние его личности было огромно, что позволяло ему увлекать, совершенно не приспосабливаясь к собеседнику.
Помню почти курьезный момент сбоя в уже отлаженной работе. Я как раз прилетел в Кемерово для решения каких-то вопросов нашего участия. Мы подключились к работе творчески, разработали и создавали подсистему «Внедренные изобретения». Но, встретив меня в аэропорту, Стас Андреевич отмел все вопросы и сказал, что мы срочно направляемся в Томск, так как выпускники отказываются ехать по распределению. Мало того, что это наносило удар по работе. Это по тем временам было ЧП с политическим оттенком. Добравшись в Томск к вечеру и встретившись со студентами, мы хотя и не сразу, но довольно быстро узнали причину отказа. Ребята были на преддипломной практике в тех центрах, где им предстояло работать по окончании вуза. Но поскольку автоматизированного поиска еще не было, то там не придумали ничего лучшего, чем заставить будущих инженеров-специалистов в области автоматизации в течение месяца разбирать карточки для библиотечных каталогов, по-видимому, эго сопровождалось объяснениями о невозможности заменить «новомодными игрушками» надежные, проверенные десятилетиями способы. В итоге после такой практики уже ни куратор группы, ни факультетское руководство не могли переломить негативное отношение к информационной деятельности.
Наш разговор проходил в одной из комнат общежития, куда удалось собрать основную часть выпускников. Объяснял и доказывал перспективность информатики в основном Стас Андреевич. Декан факультета ушел часов в десять, я уснул за столом перед полуночью - сказалась разница часовых поясов, ночной перелет и пятичасовое плавание по Томи. А неутомимый Стас Андреевич продолжал убеждать ребят. Около трех ночи он разбудил меня и удовлетворенно сообщил об успешном окончании беседы. Наутро состоялось распределение, отказов не было, а Стас Андреевич еще долго следил за судьбой бывших студентов и не раз помогал им, разбросанным по разным городам России.

Стас Андреевич Сбитнев: Жизнь, отданная людям. Хроника.  Воспоминания. Исследования.-
Кемерово: Кемеровс, гос. акад. культуры и искусств, 2003. - С. 101-105.


Комментариев нет:

Отправить комментарий